Последовательно рассматриваются указательные местоимения для общего указывания, для близких лиц и предметов, для удаленных лиц и предметов и для перечня, которые имеют функцию форм 3-го лица личных местоимений в Тырновской редакции Стишного пролога (календарного агиографического сборника, переведенного в первой половине ХІV в.). Видно, что семантика указательных форм обусловлена контекстом: в дистрибуции с именной формой они имеют указательное значение, а в дистрибуции с глагольной формой они означают местоимение 3-го лица, например, съи блаженыи, означает этот блаженный, а съи бэше означает он был. Существенное значение в историческом плане имеет употребление полных форм для мужского рода тъи, для женского рода тя, для множественного числа тие / тйе, которые позднее переходят в той, тя и те, как и наличие новых форм тои, которые характерны для разговорного языка.
The article successively examines the demonstrative pronouns for general display, for close people and objects, for distant people and objects and for enumerating, which have the function of the 3rd person forms of personal pronouns in the Tarnovo edition of the Stishen Prologue (a calendar hagiographic collection, translated in the first half of the fourteenth century). It is established that the semantics of the demonstrative forms is determined by the context: in a combination with a noun form they have an indicative meaning, and in a combination with a verb form they mean a third-person pronoun, for example, съи блаженыи which means този блаженият (“this blissful one”), съи бэше means той беше (“he was”). The use of the elongated forms for masculine тъи, for feminine тя, for the plural тие / тйе which later turn into he, she and they, as well as the presence of the new forms тои, characteristic of the spoken language, are historically significant.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.